Почему мы любим пугаться?

Близится Хэллоуин, праздник, который нравится и детям, и взрослым. Почему этот день страха так привлекателен и зачем мы сами себя пугаем — причем не только в октябре?

Почему мы любим пугаться?

Страх иногда называют первобытным, и не зря: он сопровождал нас на протяжении тысячелетий и играл жизненно важную роль. Да и сегодня он с нами, хотя часто мы забываем о том, что можно бояться чего-то по-настоящему. Однако раз в год все самые страшные кошмары оживают — и наводняют наши улицы. Мы спросили у эксперта, зачем нам этот Хэллоуин и почему нам обязательно нужно чего-нибудь да бояться. Хотя бы иногда!

Страшно приятно! 

«Страх — одна из самых древних эмоций, и она несет в себе эволюционный смысл. Если бы люди ничего не боялись, то не дожили бы до сегодняшних дней. Только благодаря тому, что человек был способен тревожиться и пугаться, он мог избегать потенциальных опасностей», — объясняет психолог и схематерапевт Мария Скрябина. Как же работает этот механизм и чему он способствует?

В нашем организме не так много гормонов, и все они отвечают за наше поведение, наши реакции. Адреналин выделяется при гневе, во время напряжения, кортизол сопровождает чувство вины. Дофамин известен как гормон удовольствия, серотонин отвечает за активность и хорошее настроение. Но они не «ходят» по одному, а смешиваются в хитрый коктейль, что бы ни происходило.

Когда нам страшно, организм выделяет достаточное количество разных веществ, чтобы реализовать потенциал действия

«Совершенно разные эмоции сопровождаются выделением одних и тех же гормонов, а наша реакция на происходящее зависит от того, опознает наш мозг ситуацию как приятную или неприятную, — комментирует Мария Скрябина. — В момент реальной опасности в организме происходит мощнейший процесс, сопровождаемый выделением гормонов стресса — например, адреналина. Но вместе с ним выделяются также и серотонин, и эндорфины.

Эта смесь гормонов помогает нам реализовать реакцию «бей или беги». Когда нам страшно, организм выделяет достаточное количество разных веществ, чтобы реализовать потенциал действия — убежать подальше от тигра или настучать ему по морде».

Получается, что страх и правда может приносить… удовольствие?! Так вот почему на «ужастиках» залы не пустуют, а романтическое свидание, сопровождаемое просмотром «Пилы-3», обречено на успех!

Главное — безопасность 

К счастью или к сожалению, сегодня мы не так уж часто пугаемся. «Безусловно, мы вздрогнем и вспотеем, если нас подрежет какой-нибудь лихой водитель. А вот шанс встретить хищника, просто повернув за угол, невелик, — смеется Мария Скрябина. — Но возможность включить спасительный механизм у нас есть, и она остается нереализованной».

Отчаянные — то есть цивилизованные и безопасные — времена требуют отчаянных мер. И если мы боимся, а тигра — или начальника — побить не можем, нам нужно куда-то деть накопленные эмоции. Например, «отнести» их… в кино или на «страшную» вечеринку!

В условиях контролируемого страха мы можем получать от него удовольствие. «Вот у них на экране все страшно, а я-то в безопасности»

«Людям нравится выражать свои страхи, щекотать себе нервы в безопасных условиях. Дать себе возможность как следует испугаться, зная, что реальной опасности нет, — объясняет Мария Скрябина. — Потому что — проговорим это еще раз, — когда мы испытываем страх, помимо адреналина и норадреналина, гормонов ужаса, гнева и напряжения, выделяются также эндорфины и серотонин, делающие нам приятно».

В общем, в условиях контролируемого страха мы можем получать от него удовольствие. К тому же мы помним, что «вот у них на экране все страшно, а я-то в безопасности». Нам очень симпатичен этот контраст!

Почему мы любим пугаться?

Детский садик ужасов 

Дети любят рассказывать друг другу страшилки — и так было всегда. Помните, как в пионерском лагере мы пугали друг друга рассказами про Красную руку, Зеленую простыню и Гроб на колесиках? Возможно, вы удивитесь, но ваш ребенок наверняка прекрасно знает, как «вызвать Пиковую даму». Почему же школьникам, даже младшим, так нравятся фильмы ужасов (благо при наличии смартфона и доступа к соцсетям любому доступен их широкий ассортимент)?

Дело в том, что любые сильные эмоции откладываются в нашей памяти. Что до ребенка, то его ощущения значительно сильнее, чем у взрослого. «Леденящий душу триллер, на который идет группа подростков, или страшилки, или эмоционально прочитанная мамой сказка, в которой ребенка похищает злая ведьма и все его спасают, — все это моменты ярких впечатлений, которые откладываются в мозг воспоминаниями», — поясняет Мария Скрябина.

Детям проще запоминать яркие образы — поэтому, например, произведения Чуковского так популярны. «Созданные этим писателем образы — гротескные, они вызывают легкое щекотание нервов. При этом ребенок понимает, что он вместе с мамой, а значит, в безопасности. После трех лет дети прекрасно начинают осознавать, где реальность, а где сказка, чего в мире не бывает, а что бывает», — напоминает психотерапевт. Хорошо, «Тараканище» пока со счетов списывать не будем!

Когда дети собираются вокруг костра или в темной комнате, когда вместе пугаются и дрожат от напряжения, то сопереживают друг другу

А что до совместных ночевок с обязательным вызовом духов и пересказом городских легенд, то и в них тоже есть свой смысл.

«Совместное переживание сильных эмоций сплачивает людей, — напоминает Мария Скрябина. — Недаром молодоженам наказывают быть вместе и в горе, и в радости. И если пара многое прошла, она чувствует единение. Точно так же дети и подростки пытаются объединяться между собой с помощью разных эмоций, в том числе и страха.

Когда они собираются вокруг костра или в темной комнате, когда вместе пугаются и дрожат от напряжения, когда делятся тайнами и страшными историями, то сопереживают друг другу. Между участниками устанавливается связь. И связь очень приятная, ведь ощущение принадлежности сопровождается выделением окситоцина, гормона доверия и привязанности».

Заметим, то же касается и взрослых. Потому, если заметили в парке развлечений прекрасную незнакомку — смело присаживайтесь рядом с ней на каких-нибудь самых рискованных «русских горках». Выйдете с них на трясущихся ногах, зато станете за эти пять минут лучшими друзьями.

День Х 

Близится день, когда молодежь — а то и не только она! — вырядится в оранжевое с черным, драное с медицинским и страшное с красивым одновременно. И если про религиозный смысл праздника мало кто помнит, то у психологов есть предположения на тему того, почему он вообще появился.

«Хэллоуин — это день, когда мы отгоняем нечисть с помощью страшных костюмов, хулиганим и пугаем друг друга. Мне вообще кажется, что этот праздник на Западе был придуман как выход для страха. Все эти костюмы, горящие глаза тыкв помогают легализовать это чувство. Дать себе один день на то, чтобы качественно испугаться в безопасных условиях», — говорит Мария Скрябина.

Каждый год перед Днем всех святых в отечественных СМИ разгораются споры: праздновать или нет? Разрешить ли детям надеть какую-нибудь маску? Или все это не по-нашему, а Хэллоуин вообще пора бы запретить? И тем не менее перед клубами на последних выходных октября выстраиваются длиннющие очереди из зомби, скелетов и готических принцесс. А дети страстно мечтают украсить окно если не настоящей тыквой Джеком, то хотя бы маленькой оранжевой свечкой.

Атрибутика этого дня — и страшная, и красивая. Но смысл его в том, что мы можем проживать свои чувства свободно и безопасно

Почему же нам — или всем этим «неблагонадежным гражданам» — так нравится атмосфера «дня Х»?

«Мне кажется, в России этот вроде бы чуждый праздник приживается потому, что и нам тоже хочется дать выход эмоциям, — предполагает Мария Скрябина. — Мы хотим свободно говорить «я тебя люблю» в День святого Валентина. Хотим и свободно переживать страх, контраст между жизнью и смертью во время Хэллоуина. Возможно, людям просто важен такой праздник эмоций.

Конечно, дело и в том, что атрибутика этого дня — и страшная, и красивая. Но смысл его в том, что мы можем проживать свои чувства свободно и безопасно — и объединяться с другими в этом стремлении».

Поистине, страх объединяет!

Источник